06.12.2019

В Приморской краевой филармонии состоялась лекция российского и немецкого архитектора Сергея Чобана. Чобан и возглавляемое им архитектурное бюро SPEECH стали разработчиком архитектурной концепции культурно-образовательного и музейного комплекса во Владивостоке, сообщает ИА PrimaMedia.

На лекции архитектор представил свои наиболее знаковые постройки, рассказал об основных принципах работы в городской среде и ответил на вопросы жителей Владивостока о будущем комплексе на Орлиной сопке.

Сергей Чобан, автор проекта, руководитель архитектурного бюро SPEECH: "Ключевая идея проекта – создание многофункционального культурного центра, формирующего вокруг себя масштабное общественное пространство и обогащающего панораму Владивостока ярким архитектурным акцентом, символом своего времени, одинаково выигрышно воспринимаемым как с дальних, так и с ближних точек.

В состав проектируемого комплекса входят три здания, объединенные в единую композицию, – многофункциональный концертный зал, музейно-выставочный комплекс и Высшая школа музыкального и театрального искусства, – которые трактованы как самостоятельные, но органично дополняющие друг друга объемы и тем самым продолжающие традиции застройки Владивостока с ее сомасштабными человеку сооружениями, формирующими четко артикулированные градостроительные ансамбли.

Сочетание разных по своему содержанию, но взаимодополняющих культурных функций призвано не только создать новый центр притяжения на улице Аксаковская, но и наполнить жизнью все прилегающее к участку застройки пространство, в том числе террасированный склон, соединяющий улицы Аксаковская и Суханова. Деликатно вписанная в ландшафт стилобатная часть комплекса, как и площадь перед зданиями, станет средоточием общественных функций – кафе, магазинов, общедоступных всесезонных гостиных.

Архитектурно-композиционным центром комплекса и новым символом Владивостока станет многофункциональный концертный зал, волнообразный белоснежный объем которого увенчан эффектной мачтой вантовой конструкции. Такое решение не только демонстрирует динамику развития региона, движение вверх, но и отдает дань уважения архитектуре вантового моста через бухту Золотой рог, создавая в панораме города интересную перекличку архитектурных доминант XXI века.

В нашем проекте применены принципы создания пространств обращенных к природе, создание пространств, через которые ты можешь "прожить" эти здания по вертикали. В одном корпусе — музей, в другом — филармонический зал, Высшая школа театрального и музыкального искусства.

Есть общественное пространство, объединяющее эти корпуса. Это способ "прожить" эти здания как пространственные переживания: понять их детали, понять их пространства как мостик для коммуникаций между этим зданием и средой, которая уже здесь возникла.

Эти здания мы не хотели делать излишне претенциозными. Так как мы с Владимиром Плоткиным из Петербурга, то отдельным представителям заказчика я сказал, что в Петербурге шпили обычно заостряются кверху, а не расширяются кверху, как было в одном из проектов наших коллег.

Мне кажется, что эти легкие завершения, коими являются пилоны Золотого моста — важное качество, которое нужно было бы здесь учитывать.

Также нужно учитывать и многоцветное пространство фойе высотой до 60 метров с потрясающей скульптурной лестницей, которая отсылает нас на верхние ярусы, с которых ты видишь бокс в котором происходит экспозиция. Получается, что внутри идет свой мир экспозиции, а снаружи возникает мир соприкасания и сопереживания человека и окружающей его, в данном случае, совершенно космической природы и космического города на рельефе.
Когда я разговариваю с заказчиком то первое, что я ему говорю — не надо стараться "размазывать" те деньги, которые у тебя есть "по всему зданию". Возьми те пункты, в которых возникнет высшее проявление этого пространственного переживания и отдайся этому ощущение в этом месте в полной мере. Но не старайся сделать это везде. Пространственное переживание, на мой взгляд, очень важная, если не главная функций архитектуры.
Второе, необходимо убедить заказчика (и здесь мой опыт в Германии сыграл серьезную положительную роль) в том, что оставшаяся функция сделана настолько рационально, что не позволит потерять площади, создать ненужные объемы и площади, которые вроде бы есть, а использовать их нельзя. Экспозиционные площади я всегда проектирую не снаружи, а изнутри. Например, в выставочном зале не должно быть острого угла, потому что туда ничего не поставишь, ну и т.д.

По поводу парковок еще идет внутренняя дискуссия с заказчиком. Моим изначальным предложением было сделать два режима работы, сделать двухуровневый стилобат, и по панорамным лифтам двигаться по крытому мосту, заходит в стилобат и уже в нем расходиться между зданиями. Внешний вид комплекса от этого не поменяется, но возникнут дополнительные парковки.

Перед нами стоят очень жесткие сроки. Мы должны войти в экспертизу уже весной 2020 года, а сам комплекс должен быть построен к концу 2023 года.

Владивосток состоит из двух основных принципов. Если вы в нем не живете, а лишь периодически приезжаете, то вам это видно, возможно даже чуть яснее. Есть города, которые создаются стенами фасадов. Мы знаем эти города: Париж, Петербург, Милан, Барселона. А есть города, которые создаются как сад камней — отдельными элементами, которые более-менее причудливо встраиваются в природную кромку города. Например, так выстроена одна из сторон Гонконга (довольно высокими зданиями, эдакими камнями вдоль рельефа).

Здесь мы попытались сделать то же самое — в проекте у нас три элемента, которые выстраиваются вдоль кромки. Это важно, потому что были проекты этого центра, в которых наши коллеги хотели сделать один большой объем. И вот этот объем затмил бы всё. Потому что своим масштабом, своей протяженностью в 150-200 метров появился другой масштаб здания, которого у вас в городе нет.

В нашем проекте здание сзади будет видно между двумя зданиями спереди. Это как в саду камней, когда вы идете и видите через два камня трети, но какой-то камень вы не видите. Всё это — этот комплекс. И размеры его зданий примерно такие же, как и размер зданий вокруг. И здания размещены отдельными "камнями" вдоль кромок рельефа сопок, которые ступенями восходят или нисходят к бухте.
В этом смысле я абсолютно убежден, что благодаря тому, что мы сделали не один объем, а три; разбили структуру и сделали ее более сложной, мы конечно же вписали этот большой комплекс в тело города, чем если бы это была единая форма.
К сожалению, мы имеем совершенно определенное соотношение тех площадей, которые мы должны получить на территории. Надо признаться честно, что здание ДВГТУ, которое раньше стояло на этом месте этому количеству не соответствовало. Если бы мы сохраняли это здание, то мы не смогли бы сделать его современно функционирующим.
Если мы говорим о том, что будущий концертный зал музейного комплекса должен стать одной из 10 ведущих концертных площадок в мире, то мы понимаем, что это абсолютно другие требования. В Перми мы делали комплекс, где здания занимали небольшую территорию от общей и мы без труда могли найти места для новых зданий. В данном случае, существующее здание занимало всю территорию, а территория не такая уж и большая для тех функциональных элементов, которые необходимы.

Если говорить о возможном "эффекте Бильбао" (ситуация, которая обычно характеризуется преобразованием целого города благодаря одной знаковой постройке. Назван в честь эффекта, когда новое здание музея Гуггенхайма привело к экономическому и туристическому буму в испанском городе Бильбао, прим.ред), то в случае с Владивостоком очень большую роль будет играть общая оптимизация туристических потоков и музейные программы.

Я верю, что этот эффект здесь возможен, но хочу подчеркнуть, что это всегда становится результатом труда очень многих людей. Потому что основное здесь не только архитектура, но и то, как будет "запрограммирован" весь город на функционирование этого кластера.

Я бы не сказал, что в нашем проекте три какие-то очевидные формы. Есть глобальное символическое наполнение. Это как три камня сада камней, которые дополняют ваш ландшафт сопок и ваш ландшафт зданий, которые выстроены вокруг этих сопок. Когда я первый раз оказался во Владивостоке 9 лет назад, то я увидел, что этот город функционирует совершенно по-другому, чем города, к которым я привык. Это не город кварталов, это город, который выстроен в причудливом сочетании более и менее геометрических скульптур вдоль ниспадающего к воде рельефа. Таким образом наши "три камня" дополняют структуру других "камней".

Мы несомненно учитываем и ветровые характеристика данного места. Тема организации общественного пространства и создания его комфортабельности, это работа, которая еще не завершена. На мой взгляд, очень важно создать здесь два режима: зимний и летний.

Что касается видовых характеристик из самих зданий, то думаю, редко есть здания в принципе, в которых было бы такое потрясающее использование видовых характеристик. Это и структура зданий, структура организаций фойе, движение по вертикали внутри этого фойе.

Вообще, движение в пространстве, которое является частью внутренности здания, но еще не его функцией — для меня очень важная составляющая архитектуры. Здесь это учтено в полной мере.

СПРАВКА:
Архитектор Сергей Чобан известен в двух качествах – на Западе его считают русским архитектором, а в России – западным, потому что начиная с 1990-х годов он много и успешно строит в Германии, а после 2003-го года – и на родине.

Из знаковых проектов в Германии можно отметить реконструкцию "Беролина-Хаус" Петера Беренса 1929 года, заслужившую множество наград, и комплекс "Дом Акваре" в Берлине, ставший одной из городских достопримечательностей, а из построек в России назвать башню "Федерация" московского Сити, Новое здание Московской городской думы и комплекс "Невская ратуша" в Санкт-Петербурге.

Помимо реализации масштабных градостроительных проектов Сергей Чобан много занимается и архитектурой выставок – именно он проектировал пространство для выставки "Русский путь.От Дионисия до Малевича" в Музеях Ватикана (Рим), разрабатывал дизайн экспозиции Восьмой Московской международной биеннале современного искусства и художественного проекта "Память поколений: Великая Отечественная война в изобразительном искусстве", объединившего в себе знаковые произведения выдающихся художников, скульпторов и фотографов из 44 музеев и частных галерей из более чем 30 городов России – от Калининграда до Хабаровска.